Услуги, Международный центр услуг

Услуги профессиональных переводчиков

Сервис выбора услуг переводчиков по странам, языкам и видам перевода, онлайн-заявки, каталог бесплатных онлайн-переводчиков и словарей

Системы денежных переводов

Выбор и сравнение услуг международных систем перевода денег, поиск пунктов, отзывы, актуальные новости
Реклама:

Информационные материалы партнеров Международного центра услуг

Список всех статей и образцов перевода

Жан-Кристоф Рюфен, политический деятель и дипломат, преподаватель университета, писатель и историк стал в 2008 году самым молодым членом Французской Академии. После окончания медицинского факультета, Рюфен был врачом-добровольцем в Тунисе, членом многочисленных гуманитарных миссий в Африке, Азии и Латинской Америке, президентом международной организации «Действие против голода», послом Франции в Сенегале и Гамбии, одним из основателей и президентом международной гуманитарной организации «Врачи без границ», советником госсекретаря по правам человека и специальным советником министра обороны Франции. В настоящее время он является директором Института Международных отношений, преподаёт в Институте Политических Наук в Париже, который сам ранее закончил. И пишет.
Имея два образования – медицинское и политическое – вдобавок к литературному таланту, во время гуманитарных миссий он переосмысливает реальное положение дел, оценивая его одновременно «снаружи», с точки зрения геополитической ситуации, и «изнутри», анализируя причины локального конфликта, часто уходящие в глубокое прошлое. Так рождаются эссе.
Первое эссе «Гуманитарная ловушка» он публикует в1986, за ним следуют другие. Он знакомит читателя с внутренними механизмами работы Международных неправительственных организаций, которые, помогая населению, фактически ведут себя с позиции силы, учиняя самоуправство. Критические статьи, последовавшие за публикацией, отмечают, что автор раскрывает всю подноготную гуманитарных миссий, зачастую беззастенчиво используемых в корыстных и чисто политических целях, личные амбиции и противоречия самих участников.
11 лет спустя выходит первый роман «Абиссинец», удостоенный гонкуровской премии первого романа и средиземноморской премии, и положивший начало его литературной карьере. В интервью газете Фигаро от 10 августа 2007 Ж.-К. Рюфен признаётся: «Как говорил Кундера, есть два типа писателей: писатель-музыкант и писатель-художник. Я – художник. [...] Когда пишешь, то или слушаешь, или видишь. И то и другое сразу сделать невозможно.»
Яркость образов в его произведениях подчёркивается многочисленными критиками, наравне с «вольтеровской» иронией, глубиной персонажей, живостью описаний и портретов, тонким юмором. Французская пресса отмечает, что он поднимает важные для человека и человечества вопросы, борется против нетерпимости и фанатизма. Несколько из его романов отмечены литературными премиями.

«Семь историй с конца света» стали первым сборником новелл Ж.-К. Рюфена. Слово «история» очень часто повторяется в его многочисленных интервью, для него здесь смешиваются мировая история с историей народа, эпохи и личности, общее и частное сливаются в одно целое. Судьбы других людей эхом повторяют его собственный опыт, и именно на стыке универсального и личного рождаются его книги.
Маленькие истории из разных концов света заставляют читателя путешествовать от Киргизии до столицы Мозамбика Мапуту, от Шри Ланки до острова Маврикий, и от итальянских Альп до северо-восточных границ Франции, неизменно проходя через Париж – сердце страны.
Кроме четырёх переведённых, в книге ещё три рассказа. Первый из них, – « Le refuge Del Pietro » («Горный приют Дель Пьетро»), – разговор о покорении горных вершин в ресторане почти пустынной в летний сезон горнолыжной базы: «злоключение, которое и не знаешь, как определить – трагедия это или фарс», по словам самого автора. Герой, в юности серьёзно увлекавшийся альпинизмом, долго пытается приобщить к нему свою семью. Наконец, ему это удаётся и вместе они совершают восхождение. Тяжёлый переход окочательно деморализует непривычную к физическим нагрузкам группу. После долгих мучений поход заканчивается общим разочарованием – горный приют Дель Пьетро, к которому они стремились, уже долгие годы не существует... Эта новелла характерна ещё и тем, что выводит на сцену персонажа, типичного для творчества Рюфена – современного Дон Кихота. Он высок и худощав, немного нелеп, старомоден, чист душой и верен своим принципам, но при более близком знакомстве оказывается упрямым тираном, который навязывает другим свои убеждения и не считается с желаниями близких.
Следующая новелла – « Nuit de garde » («Ночное дежурство»), – пожалуй, из наиболее близкого «далёка» – связана непосредственно с медицинским опытом самого Рюфена и повествует об обыденной и страшной встрече со смертью студента-медика, проходящего стажировку в больнице. Он должен установить факт смерти пациента и по инструкции удостовериться в отсутствии реакции на прикосновение к глазному яблоку умершего. Какие чувства это вызывает?...
Предпоследняя новелла с «непереводимым» названием « Garde-robe » («Хранитель платья») также тесно связана с личным опытом Рюфена и историей его семьи. Её герой, член гуманитарной миссии в Шри Ланке, как святыню хранит полосатую концлагерную униформу отца, которая олицетворяет для него всё мировое зло. Излишне старательный слуга, пытаясь загладить другую провинность, тщательно выстирывает, выглаживает ветхое, изношенное рубище, и вешает в платяной шкаф. Ящик Пандоры снова открыт... Жан-Кристоф Рюфен, которого воспитывали бабушка и дедушка, не понаслышке знал об узниках фашистских лагерей: его дед, врач и член французского Сопротивления, во время Второй мировой войны тоже был заключен на два года в Бухенвальд за укрывание беглецов, спасавшихся от нацистов.
Сам автор называет эти истории «маленькими романами» в различных интервью, и говорит, что они основываются на реальных событиях: рассказанных кем-то или взятых из собственной жизни.
Это добрые, трогательные, увлекательные истории, – эпизоды, зарисовки из жизни, – искренние и лирические, в которых смешиваются экзотика далеких стран и общечеловеческие ценности. Рассказы, полные искромётного юмора, некоторой язвительности (в основном, к соотечественникам) и лёгкости.
Но за внешней лёгкостью стоит многоплановость повествования. Одиссея, которую мы совершаем, следуя авторскому замыслу, разворачивается не только в пространстве, но и во времени. Очень важны для героев воспоминания: возвращаясь в прошлое (более или менее далёкое), живя прошлым, герои подводят итоги своей жизни, выстраивают планы на будущее и пытаются осмыслить своё настоящее. Это ещё и путешествие «внутрь» человека, в самую душу, в глубину его чувств, что позволяет нам понять человеческую двойственность, силу и слабость, доброту и жестокость. Напомню, что в медицине Рюфен специализировался в нейрологии и психиатрии.
Выйдя в свет, книга получила самые положительные рецензии : «трогательные, забавные рассказы с неожиданным концом, происходящие в разных концах планеты», «частицы жизни», «к таланту романиста именитый автор добавляет новый, с успехом справляясь с написанием новелл», но мне хотелось бы процитировать лишь один отзыв, который с полным правом можно отнести к этому сборнику, хоть он и был написан по поводу другой книги Рюфена: «[несмотря на всё, что] разделяет людей – различия между севером и югом, богатыми и бедными, чёрными и белыми, мужчинами и женщинами [... существует] необходимость любить кого-то. Это дар в обоих смыслах этого слова - подарок и талант, [...] и именно любовь наполняет оптимизмом даже трагедию...» .
Любовь и доброта пропитывают каждый рассказ, оставляя светлый след ожидания, надежды, даже тогда, когда автор повествует о событиях невесёлых.
Что объединяет эту книгу с другими произведениями писателя? Каждое произведение Рюфена – это столкновение двух миров, двух культур.
В романе l'Abyssin («Абиссинец») это Африка и Европа. В антиутопии Globalia («Глобалия») – сытое, цивилизованное тоталитарное общество, находящееся под защитой стеклянного колпака, и «антизоны» – дикие территории за его границами. Это мир туристов, ненавидимый местными жителями, в небольшом романе La Salamandre («Саламандра»), где европейка влюбляется в бразильского жиголо и оставляет ради него прежнюю жизнь. «Столкновение европейцев, их представлений о странах третьего мира с реальностью развивающихся стран, присутствует во всех моих книгах. Я стремлюсь пойти дальше, чем идеализированное представление об этом мире, показать его двойственность, красоту и жестокость, влечение и отвращение, доброту и необузданность, неистовство» – говорит Рюфен в интервью после выхода в свет этой книги. В одном из последних произведений, романе Katiba («Катиба»), – это противостояние демократической Европы и мусульманских интегристов из Аль-Каиды.
Но противоречия – не только результат встречи разных цивилизаций. В романе Rouge Brésil («Красный бразильский»), повествуя об основании французской колонии в Бразилии в 16 веке, автор выявляет абсолютные разногласия европейцев не только с индейскими племенами, – коренными обитателями южноамериканского континента, – но и с соотечественниками-кальвинистами, прибывшими в качестве подкрепления. «Антарктическая Франция», несмотря на поистине райские пейзажи, становится ареной противостояния «местных» французов, успевших утвердить свою власть над индейцами и новоприбывших (католиков и протестантов), а также человека и природы. Европейская цивилизация, стремящаяся утвердить господство «правильной» религии и «наставить на путь истинный» дикарей-каннибалов, приносит с собой ненависть, войны, эпидемии, разрушение и смерть.
С первой же страницы данного сборника мы погружаемся в ту же двойственную атмосферу неудачной встречи двух цивилизаций. В первой новелле Passion francophone («Франкомания») дочь первого секретаря коммунистической партии Киргизии разносит в пух и прах номер шикарного парижского отеля, выведенная из себя тем, что, выучив дома «французский» язык, не может понять ни единого слова... Наставник оказался вором и обманщиком! С присущим ему юмором, автор обезвреживает готовую взорваться бомбу неожиданной водевильной концовкой: девушка снова доверчиво вверяет себя очередному проходимцу.
Второй рассказ Les naufragés («Крушение») начисто разрушает шаблонное представление о Маврикии, основанное на путеводителях, все как один представляющих этот остров раем земным, где в мире и гармонии уживаются представители всех религий и национальностей. Но стереотип обманчив, а за идиллией скрывается человеческая трагедия. Клише оборачивается неприглядной изнанкой: беспощадная борьба за власть, нищета, опасность. Жар этого солнца способен не только согреть, но и испепелить ...
В следующем рассказе Les fiancés de Lourenço Marques («Обручённые Лоуренсу-Маркеша») африканский пейзаж становится декорацией для внутреннего монолога героя, его воспоминаний, раздумий, надежд. Смогут ли быть счастливы люди, мечтавшие о воссоединении всю жизнь, совершенно не зная друг друга?..
Последний рассказ Train de vie («Линия жизни») – случайная встреча в поезде. Чёрная женщина, белый мужчина, – противоположные культуры, – вся тематика Рюфена, но в миниатюре. Их столь различные судьбы пересекаются на какой-то момент, и происходит чудо – чудо зарождения новой жизни. Это тоже глубоко личный предмет для автора – свою вторую жену Азеб он встретил в Эритрее, где участвовал в своей первой гуманитарной миссии.
В творчестве Ж.-К. Рюфена как в зеркале отражаются два противоположных процесса, характерных для современности. С одной стороны мир стремится к глобализации, экономическому взаимопроникновению, облегчается возможность коммуникации, а с другой, охраняя собственные корни, собственную культуру, каждый народ закрывается в себе.
«Я из Берри, провёл своё детство под сенью кафедрального собора в городе Бурж» – в каждом интервью подчёркивает своё происхождение Рюфен, с другой стороны – жизнь забрасывала его в самые отдалённые уголки планеты, причём не в качестве туриста на неделю.
Анализируя взаимоотношения людей разных рас, культур, народов, он помогает человеку осознать, что за внешним различием очень много общих черт: неудавшаяся любовь, рухнувшие надежды, утраченные иллюзии, ошибки, бегство от себя и от другого, – едины для всех цивилизаций, несмотря на многочисленные национальные различия. Как мостик, он соединяет два берега одной реки жизни и его книги – это хорошая прививка против национализма, расизма, интегризма, ненависти.
Во многих произведениях Рюфена прослеживается связь с Россией. Кажется, невидимые ниточки связывают его с нашей страной: его первая супруга была русского происхождения, в академии он занял место Анри Труайя (фр. Henri Troyat), который при рождении носил имя Лев Асланович Тарасов. В романе Sauver Ispahan («Спасти Испахан»), – продолжении «Абиссинца», – герой пересекает всю Россию от Кавказа до Урала и едет дальше, в Азию, в поисках своего друга, захваченного в плен. В первом рассказе « Семи историй...» речь идёт о бывшем Советском Союзе. В четвёртом – герой происходит из эмигрантской русской семьи. И, возможно, именно тоталитарному строю СССР и ненавистью к коммунизму его первой жены мы обязаны появлением «Глобалии», переведённой и на русский язык . Но и в обратную сторону тоже можно проследить какие-то связи. Например, южноафриканская республика Трансвааль и война буров, о которых идёт речь в рассказе «Обручённые Лоуренсу-Маркеша», были столь известны в дореволюционной России, что у Анненкова в «Повести о пустяках» мы даже находим песню, им посвящённую, крайне популярную в ту эпоху:
Трансвааль, Трансвааль, звезда моя,
Ты вся горишь во мне...

Встреча представителей двух народов, двух цивилизаций меняет каждого из них – их представления о другом, взаимную оценку, а через это и образ окружающего мира вообще. Пропадает экзотика и наружу выходит голая правда, – либо во всей своей неприглядности, либо во всей своей сияющей прелести, хотя и лишённой романтического ореола.



Автор перевода: Дульез Наталья Викторовна
Дата: 2014-09-26
Визитная карточка: Переводчик во Франции, Париж

Объявления